Я сочувствую всем, кого бомбят и в кого стреляют — жителям Украины и Ирана, Газы и Израиля, России и Йемена.
Несколько поднапрягшись и призвав на помощь благодать, я даже нмогу посочувствовать тем, кто бомбит и стреляет, — кто-то из ложно понятой любви, кто-то от страха и т.п. Единственное, я категорически не сочувствую тех, кто подзуживает стрелять и бомбить. Могли бы ведь и промолчать, не пострадали бы.
Подзуживающие делятся на простых («убивать с ненавистью») — и изысканных («убивай с любовью»), но их объединяет переваливание на других своих проблем и жизнь в виртуальном пространстве, где всё ясно и понятно. Убийцы и жертвы — в реальном мире, и я хочу быть в реальном мире. Это не так легко, как хотелось бы, но и не так тяжело, как кажется.
Реальный мир переходит в виртуальный постепенно, переходит у каждого, но в очень разной степени. «Спасение», «творчество», «любовь» — они только в реальном мире, а в виртуальном пространстве их имитации.
Имитации часто лучше подлинников, как аватары живописнее живых людей, и я не буду убеждать, что лучше реальная любимая женщина, которая чихает и злится из-за носков, чем виртуальная 90-60-90, но я продолжу путь из виртуального пространства в реальный мир, и если этот путь идет через смерть (а это именно так), то я и смерть принимаю, хотя предпочел бы сразу воскресение и справа от Бога помогать судить грешников.
2025
Я придумал замечательный англицизм (американизм?): инстигация. А то я все клеймю (клеймлю?) тех, кто сам не воюет, а оправдывает войну, призывает воевать, клеймлю (клеймю?) «подзуживателями». Но это вульгарно. А так будет «инстигатор». А то развелось.... «Я, конечно, за не убий, но Россию надо поскорее сравнять с землей, если вы не хотите гибели человечества».
