Апокриф 4 века об апостоле Петре в городе людоедов. Буйная фантазия, да... Но рядом у меня Жирар из «Козла отпущения» об апостоле Петре — и если у неизвестного автора 4 века фантазия поэтическая, то у Жирара фантазия тролля, мышление тролля. Мамардашвили бы сказал «неточное мышление», а я скажу — троллинг. Кого троллит Жирар своей безграмотностью и алогичностью (уверен, напускной)? Мироздание? Истеблишмент? Не знаю. Но основная вина не на Жираре, а на тех, кто любит Жирара и подобных ему троллей от культуры за «игру ума», как сказал мне один ценитель такого речевого поноса.
Апокриф же об апостоле Петре интересен двумя моментами. Действие повести происходит в очень культурном и очень жестоком городе после того, как апостол Андрей побывал в городе людоедов. Своеобразие текста в том, отмечал историк Андрей Виноградов, что город людоедов — очень цивилизованное место. Обычно людоедов рисовали голыми, нецивилизованными созданиями, живущими не в городах, а в лесах и пустынях, еле говорящими. Город же людоедов — это именно город, это полис, это Рим и Афины, Вавилон и Александрия, с высшим достижением цивилизации — тюрьмой и палачами. Это Рим глазами христианина эпохи гонений, а не глазами читателя Катулла и Апулея. Москва глазами таджика или украинца. Мерзкое место.
Продолжение апокрифа повествует о том, как апостолы Петр и Андрей, захотел поесть, бросили горсть семяни из него молниеносно вырос мощный урожай, спелые колосья...
Крестьянин, увидев это, ошалел и попросил научить его такой агротехнике. Чуть позже один богач, увидев, как апостолы исцеляют больных, попросил дать ему такой же дар целительства.
Петр сказал крестьянину, что поделится даром, если тот отдаст нищим поле, дом, расстанется с женой и детьми. Крестьянин согласился, дар получил и стал жить в пустыне отшельником. Богачу Петр сказал примерно то же, но прибавил цитату из Евангелия про то, что легче верблюду...
Это было не слишком деликатно, богач рассвирепел и заявил, что раздаст все имение, если Петр совершит чудо: пусть верблюд пройдет через игольное ушко. Действительно, шутку Иисуса можно понять буквально. Петр взял самую маленькую иголку и помолился... Ушко увеличилось в размерах! Тогда богач раздал имение, сел на верблюда и, помолившись, въехал в ушко. Но на полпути застрял, а Петр объяснил: потому что не крестился.
Евангелие, кстати, не говорит, что нужно крестить верблюда или богача.
Примечательно же глубокое внутреннее противоречие, верно уловленное неизвестным писателем. Чтобы разбогатеть, человек часто готов отказаться от богатства. Или даже, разбогатев, человек из счастья отказывается от богатства. Становится беднее, чем был. Этот парадокс отражает противоречивость человека как такового. Человек точно знает, что не в деньгах счастье, но еще точнее человек знает, что без денег счастья нет. Или без их аналога. Чтобы не иметь, а быть, надо иметь! Трагикомическая ситуация, запечатленная в басне о цапле и кувшине. «Раздай имение» — «разбей ты кувшин, цапель ты наш яхонтовый»... Ну, за разбитие всего, что бьется!