«Иисус, взглянув на него, полюбил его и сказал ему: одного тебе недостает: пойди, всё, что имеешь, продай и раздай нищим, и будешь иметь сокровище на небесах; и приходи, последуй за Мною, взяв крест» (Мк 10:21).
«Полюбить» тут с корнем «агапе», то есть ничего эротического, человек очень понравился. Может быть, Марк хотел сказать, что Иисус решил включить богача в число учеников? Матфей и Лука этьо «полюбил» опускают, как и «возьми крест».
Птифис комментирует это вполне римо-католическом духе, точнее, в очень консервативном духе, Иисус выходит кем-то вроде св. Игнатия Лойолы, вербующего идеальных верующих, идеальных слуг Папы Римского – ну, Бога Отца. Биороботы, без семьи, без привязанностей, все такие из себянебоустремленные. Это, безусловно, анахронизм. Попытки оправдать католическую традицию безбрачия духовенства (и прочих нюансов) ссылками на Евангелие попросту антиисторичны. Ни об одном из учеников не говорится, что «раздал имение». Более того, когда Иисус посылает апостолов парами проповедовать, Он им говорит не брать с собой денег – но это означает, что деньги-то у них были.
Интереснее другое: вот эти постоянные обещания будущих благ, они вообще что такое за явление?
Психологи Стэнфорда в 1960-е годы поставили изящный по методу эксперимент, извесный как «зефирный». Детям 4-5 лет предлагали выбор: одну зефиринку сейчас или две через 15 минут. Там было множество вариантов: кому-то в комнату клали игрушки, чтобы ребенок мог поиграть, отвлечься, кому-то не клали. Кому-то клали зефир – один и два, наглядный выбор. Кому-то не клали ни одного, кому-то – только один или два.
Некоторая корреляция обнаружилась: чем выше образовательный уровень и доход родителей, тем терпеливее ребенок. С годами наметилась и другая корреляция: чем ребенок терпеливее, тем лучше у него складывалась карьера.
Результаты, как это почти всегда в психологии, немножко банальные, но зефира не жалко. Интересно, кто доедал несъеденные зефиринки?
Понятно, что дети подражают родителям. Первые различия в фонетике появляются у полугодовалых младенцев! Финские дети не так произносят «а», как русские. К четырем годам уже и поведенческие навыки крепнут. В бедной семье, где за день заработал динарий и все проели, планировать нечего, - ну какие возникнут инвестиционные навыки? И это правильно и рационально. Завтра придет богач и отберет то, что ты пробовал отложить. Ну, не сам, мытаря пошлет. «Не заботьтесь о завтрашнем дне», хе-хе – Мф 6:34, вполне себе латинское carpe diem, сартровское «не оставляй на завтра кофе, которое может выпить сегодня». Правда, у этого экзистенциалиста оно было от пресыщенности… Но это хотя бы не мазохизм, не самобичевание с целью оправдать порку, которую ты будешь устраивать другим.
В Евангелии речь, конечно, не об экономии, не об отчаянии. Не об «отложенном удовольствии», не об инвестиции в вечность. Тут сценарий не капиталиста, а ученого или путешественника. Человек начинает стремиться к Северному полюсу – или к Южному – и ради этого готов терпеть страдания и лишения, рискнуть жизнью. Он откладывает удовольствие? Ну уж нет. Он получает удовольствие – но совершенно особого рода. Удовольствие жить полной жизнью! Инвестиции в будущее – это отрицание будущего, это убийство будущего и убийство настоящего, это вообще омертвление души. Это не открытие, а закрытие мира. Сценарий Мидаса – золото есть, а хлеба нет. «Золото наше насущное дай нам сегодня»? Боже, пошли мне биткойн? Ну-ну…
«Сокровище на небесах» – это то же, что «ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам» (Мф 6:33). Вывод другой, действительно: ищи небесного сокровища и ты разбогатеешь. Сказано явно не слишком богатым людям. А тут сказано богачу. Разные люди – разные мотивации. Иисус – хороший психолог? Может быть, но что значит «хороший психолог»? Люди-то всё равно не следовали Его призывам. И этот не продал ничего, и вообще не так уж много у Него было последователей. И это нормально – ведь дело Иисуса было не в том, чтобы набрать побольше последователей, а в том, чтобы посеять хоть в ком-то понимание: смысл жизни – в любви, а значит, надо смотреть выше. Любви не страшна бедность, а вот смерть – страшна. Так что не деньги, а бессмертие, бессмертие любви…
И вот тут и парадокс: воскресение начинается до смерти, если это воскресение любви. Если ты тут не научился любить, то тебе воскресение – мука мученическая. «Сокровище на небесах», «Царство Божие» - это про любовь. Тут не «отложенное удовольствие», тут прямо наоборот: любовь немедленно, сейчас. Вот сейчас полюби Бога и людей с такой силой, чтобы взорвалось всё, во что ты себя замуровал. Взорвалось прощением, взорвалось благодатью, взорвалось верой и надеждой.
