«И отцом себе не называйте никого на земле, ибо один у вас Отец, Который на небесах;» (Мф 23:9)
Самый яркий парадокс Евангелия. Возможно, уместнее слово «абсурдизм». Абсурдизм – то, что получается, если к парадоксу добавить призыв к действию (см. подробнее). Если бы это было просто утверждение «Бог такой отец, что в сравнении с ним все другие отцы просто бездетные мужики», то это был бы парадокс. Но запрет называть кого-либо отцов превращает парадокс в абсурдизм.
Парадоксальность изречения проявляется только в контексте.
Контекст такой, что отцы есть. Родного папу можно назвать отцом?
На самом деле, есть и другой контекст. Называть Бога отцом означает сравнивать Бога с человеком. Это антропоморфизм.
Буквалист – прежде всего, многие протестанты (далеко не все!) – принимает абсурдизм за чистую монету. Сказано «не называть отцом», значит, никого не буду называть отцом.
Но ведь это лишь один из многих абсурдизмов Иисуса. Повеление вырвать глаз, который тебя соблазняет? Отрезать руку или ногу?
Буквализм в понимании абсурдизма – проявление полуграмотности, «функциональной неграмотности», когда человек уже научился читать, но еще не научился понимать все особенности текста. Он возник во время революции грамотности, в 16-19 веках, когда чтение стало обязательным для рабочего. Неграмотного к станку не подпустят, он должен уметь прочесть инструкцию, наклейку на станине («не стой под грузом») и т.п. Вот человек и читает Евангелие как наклейку на станке.
И вот стоит одноглазый, однорукий и одноногий буквалист, и не понимает: соблазны продолжаются. Оставшийся глаз всё равно глядит на женщину с вожделением, и единственная рука тянется к ее мягкому месту. И как быть? Тут ведь недалеко до полного «не быть». Руку-то себе отрубил, а перевязать не получается, помогите, я истекаю кровью…
К тому же буквализм наталкивается на печальный факт: ученики Иисуса не выполняли эти абсурдные советы. Апостол Павел называет себя учителем (2 Тим 1:11), дидаскалом, и призывает других быть «дидактикон», «учительствующими», «наставляющими» (1 Тим 2:24). Призывает быть хорошим учителем, потому что Бог поставил учителем. Апостол Петр осуждает псевдо-дидаскалов (2 Петр 2:1): надо быть настоящим дидаскалом.
К тому же всегда встает проблема перевода. В этой фразе на греческом стоит не слово «дидаскал», а слово, которые сегодня мы произносим как «катехизатор». Тот, кто говорит, а ученики слушают. Это, скорее, «преподаватель». «Наставник» по-гречески будет «эпистат» - так обращается Петр к Иисусу во время ловли рыбы (Лк 5:5). «Эпи» - приставка «над». «Эпископ» - «надзиратель». «Стат» - ровно тот же корень, в русском «ставка». На-ставник.
И как баптисту называть преподавателя? Учителя в школе? Открываем перечень сотрудников московской богословской семинарии евангельских христиан-баптистов. Магистр, доцент, преподаватель, старший преподаватель. Так «магистр» это ровно то же, что «наставник», мастер в своем деле, который наставляет ученика словом и примером. Доцент вообще именно «учитель», только на латыни. Но формально, да, соблюли заповедь.
Так формально Иисус приказал не называть никого «патер». Понятно, что Он употребил слово «авва» (в Гефсимании Он молился «Авва патер»). А «фазер»? «папа»?
Зачем Иисус всё доводит до абсурда? Именно «доводит», ведь Иисус продолжается.
Клин клином вышибают, вот зачем.
Мы первые начали.
Грех это святость, доведенная до абсурда.
Когда образ Божий начинает раздуваться до Бога.
Когда любимого человека начинаешь так любить, изо всех сил, что тот убегает, вешается или хвать тебя топором, и суд оправдает.
Суд оправдает, Бог осудит, но помилует. И устроит всеобщее воскресение и всеобщее прощение – вот Абсурд Абсурдов. Палачей и жертв примирить в Себе – каково?
То-то…
