«Мой ребенок важнее твоего». (В современном израильском варианте «арабы должны любить своих детей больше, чем ненавидеть детей израильтян»).
«Ребенок» тут всего лишь псевдоним «я».
Я важнее тебя.
Именно это сказал Каин Авелю, Ева Богу, Адам Еве.
Так что мир сегодня не хуже и не лучше мира в любую другую эпоху. «Мировой порядок», «права человека», — все это была фикция. Верили в эту фикцию те, кто ее проповедовал? Они обманывались, обманывали или то и другое разом?
Это не имеет значения. Скорее всего, и то, и другое.
Значение имеет, что Бог ни разу не сказал человеку «Я важнее тебя». «Научись любить своих детей больше, чем ненавидеть Моего Сына».
Значение имеет, что никогда гуманист не скажет «я важнее тебя».
Веровать или нет, решает не человек. Быть гуманистом или нет, человек решает.
Не «гуманным», а гуманистом.
Никто не мешает быть гуманным христианином и христианским гуманистом. Гуманным атеистом, гуманным мусульманином, гуманным агностиком...
Только не убивай и не одобряй убийства. Даже ради своих детей, особенно ради своих детей.
Хотя лично мне важно, что Бог отдал Своего Сына на растерзание. Себя отдал.
Кант от имени Авраама писал: «Я не должен убивать своего доброго сына». Тут — в словечке «доброго» — конец гуманизма, конец Канта. Злого, выходит, можно. И пошло-поехало.
Быть гуманистом непрестижно, архаично, несерьезно? А убивать — престижно, модерно, серьезно? И вас?
Быть гуманистом, не требуя того же от государств, судов, соседей. Быть гуманистом не в союзе гуманистов, быть гуманистом без условий — если ты будешь гуманист, я тоже буду гуманист. Гуманисты не торгуются, торгуются не гуманисты.
Заметьте, про крест, смирение, распятие и воскресение — ни слова.
Просто «не убивай и не одобряй убийства».
